— Брось ты, — сказал я Мишке, — подумаешь высота! Не в этом дело!

— Нет, — сказал Мишка, — именно в этом! Мои научные выводы точные, а ты, как был дилетантом, так им и остался.

— Что там точные, — говорю, — три этажа!.. Если бы ты на Эйфелевой башне жил…

— Не спорь! — отвечает Мишка. — Лучше скажи, деньги у тебя есть? Остались?

— Остались.

— И у меня есть. Пошли за барометром!

Мы пошли и купили барометр. Стрелка у него в магазине стояла на цифре «75». На улице она никуда с места не сдвинулась. Дома у меня — тоже никуда.

— Увидишь, — объяснял Мишка, — увидишь, что будет, когда мы его затащим ко мне на пятый этаж!

Мы подошли к лестнице, и Мишка мне сказал:

— После второго этажа стрелка начнет отклоняться. Смотри!

Я смотрел, но стрелка никуда не отходила от «75» ни на третьем, ни на четвертом, ни на пятом этажах. Больше в Мишкином доме этажей не было.

Войдя в квартиру, Мишка стал стучать по барометру пальцем, потом кулаком, потом лег на него животом, чтобы увеличить давление. И хоть бы что! Стрелка стояла и стояла себе на одном месте.

Всё это Мишку очень разозлило.

— Ты иди, — сказал он мне, — я тут поразмыслить должен.

В передней я опять столкнулся с Толиком. Сначала Толик юркнул было в кухню, но потом остановился и стал шептать:

— Что вы за вещь принесли?

— Барометр. Прибор такой. Атмосферное давление мерить.

— А почему только у Мишки атмосферное давление мерили? Почему он один на этой вещи лежал? Другим нельзя?

— Нельзя, — сказал я Толику. — И Мишка на барометре зря лежал. Атмосферное давление не изменил, а прибор сломать мог. Научный работник, понимаешь!.. Поразмыслить ему!..

— Точно! — шепот Толика перешел в жужжание. — Точно! Мишка вещь на пол клал, а пол пыльный… Он два дня рук не моет, и уши… А еще у него на рыбках пятнышки какие-то грязные…