Келдер вздрогнул от неожиданности, обернулся и, разинув рот, уставился на девочку.

Та протянула руку.

Келдер порылся в поясном кошеле, достал еще один медяк.

- Больше у меня нет.

- Значит, за нами один грош. Возьмешь сдачу или задашь еще один вопрос?

- Вопрос, - без запинки ответил Келдер.

- Только хорошенько подумай, прежде чем задавать его, Келдер из Шулары, - напевно прозвучал голос Зиндре Провидицы.

Келдер подумал.

- Расскажи мне о девушке, на которой я женюсь.

Зиндре кивнула.

- Девушку ты встретишь умную, красивую, со звонким, словно соловьиная трель, смехом. И ей будет подвластна магия, особая магия. Ты с гордостью введешь ее в свой дом, и вы заживете в счастье и радости. - Стандартный вопрос, который задавали ей сотню раз. Трудностей с ответом у Зиндре не возникло.

- Дети?

- Деньги, - напомнила девочка.

- Денег у меня больше нет, - признался Келдер.

- Это и не важно, - успокоила его Зиндре. - Заклинание теряет силу, будущее покрывается мраком. Я уже ничего не могу разглядеть. - С этими словами она взяла со стола сложенную салфетку из плотной зеленой материи, развернула, набросила на хрустальный шар.

- Жаль. - Келдер с неохотой поднялся.

Провидица указала на дверь, и Келдер, вежливо поклонившись, отбыл. Девочка повернулась к бабушке:

- Думаю, он всему поверил.

- Разумеется, поверил, - самодовольно усмехнулась старуха и прошлась по комнате, поправляя развешанные по стенам картины, свечи, чуть погнувшиеся от неравномерно стекающего воска. - Есть кто-нибудь еще?

- Нет, - ответила девочка. - Знаешь, бабушка, я никак не могу понять, как это у тебя получается? Неужели люди не могут отличить настоящей магии от обмана?

- Те, кто может, к нам никогда не придут.

А на улице, в сгущающихся сумерках, Келдер нашел своих сестер, судачащих с дочерью кузнеца неподалеку от кузницы.