— Заткни пасть! — рявкнул Уильям Бенн.

— Ах не нравится? Значит, я прав.

— Если тебя выследят, могут заявиться и сюда,

— Меня никогда не выследят. Кишка тонка!

— «Никогда» — пустое слово, Чарли.

— Ты хочешь попрощаться со мной, Билл?

— Уже попрощался, Чарли.

Перкинс резко встал:

— Это окончательно?

— Окончательней не бывает.

— Да пропади ты пропадом, Билл! На, получи свою долю, и черт с тобой!

Он достал бумажник, но Уильям Бенн жестом остановил его:

— Мне не нужны твои деньги.

— Мои деньги? — с удивлением переспросил Перкинс.

— Твои. Мне не нужны твои деньги, потому что я не хотел бы иметь твоего везения.

— Мое везение еще никогда меня не подводило!

— Не подводило? Это мы еще посмотрим! Мне совсем не нравится, как ты работаешь, Чарли. Четыре человека погибли за пятнадцать тысяч!

Сомнений у Рикардо больше не оставалось: Уильям Бенн — преступник, грабитель банков и организатор бог знает каких еще темных дел! К тому же, как следовало из слов Перкинса, его руки тоже обагрены кровью многих людей. Однако он почему-то отказывается брать деньги, измазанные человеческой кровью. В душе Рикардо даже шевельнулось чувство симпатии к этому необычному человеку, ставшему его хозяином.

А Перкинс только довольно хмыкнул:

— Так, значит, теперь моя доля семь с половиной штук?

— Да, значит, так, — с презрением в голосе подтвердил Бенн. — А ты, случайно, не забыл, что у Мэтта есть жена?

— Ну и что из этого?

— А то, что ей причитается его доля.

— Да пошла она куда подальше! Сам занимайся этой глупой благотворительностью. Мэтт был полным придурком. Я всегда говорил тебе, что он придурок!