Время текло все медленнее. Изредка из пустыни посылался одинокий выстрел или стрела. Индейцы не показывались. Один раз Кимброу выстрелил в тень, мелькнувшую в зарослях меските, но попал иди нет – осталось неизвестным. Солнце садилось за далекие холмы и снова послышались перепелиные вскрики. Подошел вечер.

Логан снова с кружкой сидел у костра; кофе и огонь – две маленькие здешние радости. Что он здесь делает? Зачем остался среди этих людей, безразличных ему, да еще враждебно настроенных? Ему не нужна эта схватка, в одиночку он прекрасно мог уйти, с таким отличным конем и двумя большими флягами. Что заставило его остаться?

– Мы сумеем выбраться? – робко спросила Дженнифер.

– Сумеем.

– Думаете, все индейцы здесь или есть еще?

– Точно не знаю.

– Понимаете, я беспокоюсь за отца. Он ведь ищет меня.

– И я бы искал на его месте.

– Почему? Я люблю Гранта. Я выйду за него.

– Ну и что?

– Вы его не выносите.

– Я его не знаю. Может, он прекрасный человек. Но не для вас, – пожал плечами Кейтс.

– Разве вы знаете меня?

– Вы все поймете, когда осознаете, что сделал для этой земли ваш отец и что она значит для него.

– Он убил человека на моих глазах!

– Когда мы будем выбираться отсюда, всем придется убивать людей, иначе они убьют нас.

– Но это другое дело!

– Разве? А вот он, – Кейтс указал на Кимброу. – Ему тоже пришлось убивать на войне.

– Так то война!

– И ваш отец воевал – только война была необъявленная, без батальонов, пушек и генералов. Он сражался один, без сподвижников, без помощи, это называется борьба за выживание. Такие, как ваш отец, выжили – значит, победили. Ваш кров, пища, платья – все добыто им на этой войне.

– Он убил юношу… совсем мальчика…

– Угу… А разве мальчик был безоружен? – Кейтс встал. – Это жестокая страна, мэм. Здесь место закаленным мужчинам и сильным духом женщинам, которые воспитают достойных сыновей. – Он указал на Джуни Хэтчет. – Вот с ней можно пойти в разведку.