Дача Алине сразу не понравилась. Развалюха какая-то. Избушка на курьих ножках, и та лучше. Брёвна старые, снизу обросли серым гнилым мхом. Вокруг дома крапива, прямо под окном. Калитка висит косо, на одной петле.

И мама как-то сразу притихла. Заговорила шёпотом:

— Тётушка живет там, вверх по лестнице. Она совсем старенькая. Я её никогда не видела, ну да ничего, познакомимся. Всё-таки папина родня. Тётушка в колокольчик позвонит, надо ей наверх кофе отнести со сливками. Она любит, когда много сливок. Тётушка ничего не ест, только кофе пьёт.

Взглянув на разочарованное лицо дочери, мама виновато добавила:

— Ну, ты же знаешь, сейчас у нас денег нет дачу снять. А тут бесплатно. Не сидеть же тебе всё лето в городе, дышать машинным газом.

В низкой заброшенной комнате было душно. Мама распахнула окно, и сразу пахнуло прохладой и влажным запахом травы.

— Видишь? — обрадовалась мама. — Как хорошо!

«И чего хорошего?» — подумала Алина. В это время откуда-то сверху послышался жёсткий и требовательный звон колокольчика.

Мама заторопилась, поставила кофейник на электроплитку.

— Теперь он сто лет не закипит!

Но кофейник на диво быстро закипел и забулькал. Мама налила кофе в большую старинную надтреснутую чашку. Добавила сливок, задумалась — три или четыре куска сахара…

Потом осторожно, боясь расплескать, пошла наверх по шаткой винтовой лестнице.

Алина уныло смотрела в окно: «Лучше бы мы в Москве остались. Завтра мама с утра на работу, а я что? Кофе подавать старухе? Охота была…»

Мама спустилась сверху какая-то смущённая, даже растерянная.

— Знаешь, Алиночка, там так темно, шторы задернуты.