Все, что я знал об испанцах, я слышал от нашего Па, который любил рассказывать нам байки про старые времена, когда он бродил по горам. Он много толковал про Санта-Фе, где ему как-то довелось пожить, и я знал, что этот город уже существовал десять, а то и одиннадцать лет, когда отцы-пилигримы впервые высадились у Плимут-Рока

Эти испанские ребята вовсю исследовали страну, и зачастую только для того, чтобы отослать доклад в Испанию. Никто не скажет, сколько пропало таких исследовательских экспедиций, может, вот этот нагрудник и был последним следом одной из них.

Дорога, по которой я ехал на юг, была из тех, о которых мне рассказывал Па, а потом я еще кое-что услышал о ней от рудокопов в Монтане. Испанцы отправляли по этой тропе торговые экспедиции в страну племени юта. Торговцы ездили на север этим маршрутом задолго до отца Эскаланте, еще раньше даже, чем капитан Джон Смит

До темноты еще оставалось немного времени, и я успел малость оглядеться. И так мне представилось, что до этой долины добрались человека три-четыре, и двое из них остались здесь навсегда — я нашел их могилы. На одной из них стоял камень с датой смерти — 1544 год.

Может быть, я первый увидел эту могилу за прошедшие три сотни лет.

В этом укрытии могли в тесноте спать четверо — но никак не больше. И по крайней мере один человек должен был выбраться отсюда и оставить метки, по которым я сюда пришел; но чутье мне говорило, что скорее их было двое. Единственная загадка — как они вообще нашли эту долину.

На стене, наполовину скрытое листвой осин, было высечено испанское слово «Оро». А рядом с ним — стрелка, указывающая в верхнюю часть долины.

«Оро» — это слово, которое почти все понимают, даже те, кто больше ни звучка не знает по-испански. А я служил в армии с несколькими парнями, которые говорили по-испански, и слегка научился у них этому языку, а еще больше нахватался, когда крутился по Техасу.