— Телеграф в городе есть?

— На Лоудстон-авеню, — ответил портье. — Два квартала к югу. — Он посмотрел на часы, висевшие над дверью под пыльными оленьими рогами. — Но сегодня уже поздно, Джейк закрывается в десять.

— Это не срочно, — сказал Ларри. Он поднял свою скатку. — Ключ к комнате имеется?

— Я вас провожу, — ответил портье. — Извините, что мне приходится это делать, мистер Бреннан.

— Делать — что?

— Сдавать вам эту комнату. Сегодня там был убит человек.

Ларри остановился. Портье отвел глаза и облизнул губы.

— Это единственная комната, которая у нас сейчас есть…

— Ничего, — сказал Ларри, — лишь бы постель была чистая.

Комната, в которой убили Хэлидея, находилась в конце длинного узкого коридора. Окно на дальней стене этого коридора выходило на черную лестницу. В стекла стучал дождь.

Портье отпер дверь, зашел в комнату и чиркнул спичкой. Он зажег лампу, висевшую рядом с дверью, положил длинный ключ с номерком на столик возле кровати и выжидающе посмотрел на Ларри.

— Пойдет, — сказал техасец. Портье торопливо вышел и спустился вниз.

Ларри оглядел комнату. Железная кровать, исцарапанный шкаф, потертый коврик. На одной стене дешевая литография, изображающая охоту на бизонов, на другой — портрет Линкольна.

Он очень устал. Постель манила к себе. С неприятным чувством он подумал о смерти Хэлидея, но усталость брала свое, и он с безразличием отмахнулся от этой мысли, снял плащ и бросил на спинку стула. За плащом последовало пальто. Дождевые капли, стекая по шее, намочили воротник синей хлопчатобумажной рубашки, и влажное пятно расплылось по его широким плечам.

Все еще хмурясь, Ларри подошел к кровати и сел на нее. Пружины слабо скрипнули.

Он машинально сунул руку в карман рубахи и достал письмо, которое привез с собой из Техаса. По этому письму Хэлидей должен был узнать его. Короткое и деловое, оно не объясняло, почему Джеф оказался в затруднительном положении. Не было и намека на то, кто мог его убить.