Еще больше грязных тарелок было засунуто в раковину. В углу стояла пара грязных поношенных сапог, а на гвоздях, вбитых в стену, висело несколько пыльных пиджаков. Со сломанного карниза свешивалась грязная занавеска.

Сняв жакет, Мэри закатала рукава и принялась за работу. Сначала она открыла ставни на окнах, и свет устремился в комнату. Потом поставила кипятить воду и, взяв щетку, начала выметать грязь.

Когда вода нагрелась, она вымыла несколько тарелок, чтобы накормить пассажиров и возницу дилижанса.

В дверях возник мужчина в черной шляпе.

— Не беспокойтесь обо мне, мэм. Я поем позднее.

— Вы не уезжаете с дилижансом?

— Нет, мэм. Тут мне оставили коня. Хочу забрать его и ехать дальше. — Он помолчал. — Вроде бы поздно отправляться в дальнюю дорогу. Возможно, я постелю себе под деревом на траве. Всего на сегодняшнюю ночь, — добавил он, уходя.

— Мэм! — Девушка-ирландка появилась у двери. — зовут Мэтти Магиннис. Если позволите, буду рада вам помочь. В мгновение ока я сделаю из всего этого картинку.

— Конечно, пожалуйста.

Когда они трудились, мыли посуду и убирались, Мэри спросила:

— Вы далеко направляетесь, Мэтти?

— На станцию Рок-Спрингс, коль не найду работы в Ларами.

— А почему бы вам не остаться и не поработать на меня? Мне нужен кто-нибудь, чтобы помогать по дому и готовить.

— Я согласна, мэм, спасибо вам.

Они быстро вытерли скамейки и стол, расставили чистые тарелки и выбросили жирные куски мяса, которые приготовил Лутер. Конечно, потребуется время, но когда все сядут за стол, это будет обед, который всем понравится.

Она вышла за дверь, чтобы позвать пассажиров к столу, и увидела мальчика.

Он одиноко стоял на углу конюшни, босой, в лохмотьях. Вид у него был усталый и голодный. На шее висела пара сапог — мужских сапог ручной работы, начищенных до блеска.

Глава 2