Он вполне осознавал риск, которому подвергался, ведь он был один против восьми разъяренных потерей боевого товарища поляков. Но отступать Герман Вольф не хотел, хоть и помнил слова еще одного германского аса, знаменитого Красного Барона — Манфреда фон Рихтгофена: «Я не вступаю в бой, если не знаю наверняка, что могу победить».

Два истребителя ушли в сторону и закрутились на виражах. Польский пилот метался на разворотах, постоянно выскальзывая из прицела. Герман Вольф выпустил несколько очередей наудачу, но промахнулся — чертыхнулся сквозь зубы, еще более ужимая радиус виража. Внезапно PZL-11C выполнил стремительный боевой разворот и вышел в лобовую атаку на немецкий истребитель. Огненные трассы четырех его пулеметов калибра 7,7-миллиметра прошли по обе стороны от угловатого массивного фонаря кабины Bf-109E. Росчерки трассеров исчеркали пробоинами левую плоскость «сто девятого».

Оставались секунды до лобового столкновения, но лейтенант Вольф успел дать ручку управления от себя и «поднырнул» под противника. Самолет вроде бы слушался рулей, и Герман Вольф решил продолжить бой. Польский высокоплан-истребитель с белым орлом на вертикальном оперении на крутом вираже зашел в хвост «Мессершмитту-109». Но Герман Вольф резко взял ручку на себя. На грудь свинцовой стеной навалилась перегрузка, но «Мессершмитт-109» рванулся вверх, выполняя «мертвую петлю». Польский истребитель не успел среагировать и проскочил внизу, а немецкий самолет, миновав высшую точку фигуры, в пологом пикировании быстро нагнал свою цель. Герман Вольф нажал на гашетки и увидел, как искрящиеся трассеры пулеметно-пушечного огня впиваются в конструкцию польского самолета. Вспышки попаданий испещрили крылья и фюзеляж PZL-11C, от него в разные стороны полетели бесформенные обломки.

— Ich bin treffe!

Польский истребитель беспомощно закувыркался в воздухе. Из кабины вывалилась маленькая фигурка летчика и отлетела прочь от обреченного самолета. Через мгновение PZL-11C с белым орлом взорвался в воздухе, испятнав небесную синь космами дыма и пламени. А внизу на фоне леса раскрылся белый купол парашюта польского летчика.