Тем временем оставшиеся «Мессершмитты-109» звена нагнали и перехватили оставшиеся польские истребители.

Пикируя и снова уходя на вертикаль, Bf-109E «шварма» сбили еще четыре PZL-11C. У польских пилотов не было никаких шансов, однако же они бесстрашно контратаковали превосходящие их по тактическим характеристикам немецкие «der Fliegjagers». Численное превосходство тут уже не имело решающего значения, главное — подавляющее превосходство в технике! «Мессершмиттам» Bf-109E, созданным в 1938 году, было нетрудно оторваться на скорости от польских PZL-11C, которые были построены в 1931-м. «Мессеры» хладнокровно выбирали жертву и пикировали на нее, пользуясь преимуществом в скорости, а польские истребители-высокопланы метались по небу — и гибли, гибли, гибли… Немногие из польских летчиков смогли спастись на парашютах.

Оставшиеся три польских истребителя ушли на сверхмалую высоту и над верхушками деревьев стали уходить на восток.

— Alles gut! Fliege zurück! — Летим обратно!

* * *

— Хм, кто бы мог подумать… Эти польские летчики дерутся отчаянно!

— Это точно!

— Вот и хорошо, а то как-то неспортивно сбивать беззащитных. Так воевать даже интереснее!

После приземления летчики «шварма» гауптмана Вольфа Акселя делились впечатлениями, снова и снова переживая перипетии воздушного боя. Папиросы быстро дотлевали до губ, лица — мокрые от пота, в глазах — блеск, словно отражение трассирующих очередей.

Из первого для них боевого вылета вернулись все, но четыре машины звена были испещрены пулевыми пробоинами. «Мессершмитты-109», несмотря на свое технологическое и тактическое превосходство, нашли себе достойного противника.

Вскоре в расположение полевого аэродрома был доставлен пленный польский летчик. На его счастье, поймали его не эсэсовцы, а обычные солдаты, иначе бы расстрела ему было не избежать.