- И тем ниже цены на сахар, - буркнул управляющий. - Плантациям сеньора дождь ни к чему. Мы можем орошать их из нашей реки.

Вокруг веранды висела сплошная завеса ливня. Струи звенели, как стеклянные нити. Внезапно нити дождя раздвинулись, словно шторы, и появилось улыбающееся лицо Ника.

- С дождичком вас, сеньоры!

- Пошёл вон! - зарычал Пень Колодус.

Ник испуганно помчался прочь, громко шлёпая по лужам.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Их было шестеро

Зелёная машина Буль Буреса подкатила к двухэтажной загородной вилле. Верзила в белом костюме распахнул ворота, и машина въехала во двор.

В гостиной собрались шесть человек: два пожилых господина, три трясущихся старика в комфортабельных инвалидных колясках и молодящаяся старуха лет восьмидесяти. Неодобрительно покосившись на пять окружающих её лысин, старуха вставила в ухо слуховой аппарат и принялась заплетать свою длинную косу, причём так усердно, что даже не заметила, как её пышная причёска съехала на лоб, обнажив голый затылок.

- Сеньоры, - сказал Буль Бурес, выпятив живот, - извиняюсь за опоздание.

Старуха тут же прошамкала:

- Совершенно верно. Отличная мысль!

Очевидно, она была настолько глуха, что даже слуховой аппарат был бессилен ей помочь.

- Я представляю на нашем высоком совещании, - продолжал Буль Бурес, всех хозяев сахарных и табачных плантаций. Таким образом, сеньоры, я представляю сейчас весь сахар и табак страны.

Буль Бурес сел и вынул из кармана блокнот.

- А я представляю нефть, сеньоры! - важно объявил его сосед справа, вытирая огромным клетчатым платком потный лоб.

- Я - электричество, сеньоры. Электричество, кинотеатры и бойни! пропищал один из старцев, высунув из груды полосатых одеял голову на длинной петушиной шее.

- Железная руда, торговля и транспорт! - подал голос старик в золотых очках из другой коляски. Его сморщенное маленькое личико было похоже на большую сушёную грушу.