Жемчуг на кокошнике у простой кормилицы, При чеканном поясе кучерский кафтан. Русская культура — Пётр-гигант, Суворов, Зимняя канавка, дедушка Крылов, Зодчие-строители Киевских соборов, Троицкая лавра в бахроме лесов. Русская культура — это кисть Маковского, Гений Менделеева, Лермонтов и Даль, Терема и церкви, звон Кремля Московского, Музыка Чайковского — тихая печаль. Русская культура — это всё, чем славится Со времён Владимира наш народ большой, Это наша женщина, русская красавица, Это наша девушка с чистою душой. Русская культура — наша жизнь убогая С вечными мечтаньями, с замками во сне… Русская культура — это очень многое, Что найти не в силах мы ни в одной стране.

Кроме нескрываемого налёта питерского аристократизма автора («Детская», «простая кормилица») всё остальное-то до глубины души — наше. Читая и обмениваясь друг с другом таким чтением, бывшие суворовцы скрепляли в своих душах связь времён, которая более всего проявлялась в чести и достоинстве русского офицера. Недаром уже генералы и полковника, никогда ранее не звавшиеся «кадетами», называли теперь себя братьями во кадетстве.

Чуть ли не настольной книгой каждого был рассказ классика русской литературы Н. С. Лескова «Кадетский монастырь», в котором он вывел пленительные образы офицеров-воспитанников старого времени. Причём документальная основа рассказа придаёт особенную убедительность высоким нравственным качествам директора Первого петербургского кадетского корпуса генерал-майора Перского, эконома этого корпуса бригадира Боброва, доктора Зеленского и «отца Архимандрита», которые себя без остатка отдавали воспитанникам и действовали по единственно верному принципу воспитания — личный нравственный пример.