По каждую сторону электрических заграждений, на расстоянии около 15 футов, находилась изгородь, препятствовавшая приближению скота к смертоносной проволоке. Донесения, засунутые в ком земли, приходилось поэтому перебрасывать на расстояние 30 шагов и на 10 футов в высоту, чтобы они могли перелететь через три препятствия. Если это проделывал бельгийский крестьянин и комок земли оказывался вне пределов досягаемости немецких [21] сыщиков, крестьянин всегда мог объяснить своё поведение желанием привлечь внимание соседа-голландца. Если бы его поймали на месте преступления, его, вероятно, выслали бы, но не смогли бы обвинить в шпионаже. Но если бы обнаружили документ, переброшенный с противоположной стороны границы, это погубило бы крестьянина-бельгийца. Никакие отговорки не могли бы ему помочь перед лицом компрометирующей улики. Немудрено, что этот бельгийский крестьянин отказывался принимать послания из Голландии. Вот почему «Служба Мишлена» не получала ответа на свои сообщения.

Пятеро агентов, занимавшихся передачей донесений в Голландию, делали своё дело честно и хорошо. Если бы они обслуживали только «Службу Мишлена», этим каналом можно было бы пользоваться продолжительное время. Но Дельфина Аленус без ведома «Службы Мишлена» была связистом ещё некоторых других разведывательных организаций. Когда одна из них провалилась, немцы арестовали: Дельфину Аленус. Она никого не выдала, но немцы предварительно наблюдали за ней и, выследив антверпенского курьера, задержали Снука.

Снук, зная, что ни одно из донесений «Службы Мишлена» не попало в руки тайной полиции, заявил, что им пересылались через курьера лишь банковские отчёты. Умная Защита спасла ему жизнь и сбила германскую тайную полицию со следа, который вёл к «Службе. Мишлена». Организация осталась нетронутой, но снова была разобщена с Голландией.

Прибывший в Голландию Бозере связался через представителя «Антверпенского кредита» с Льевеном, представителем майора Камерона. Узнав об аресте зятя, Бозере был ошеломлён этим известием. Льевен тоже был в отчаянии: он боялся провала всей организации. Но когда Бозере узнал, что аресты начались на границе, он смог заверить Льевена, что провал будет локализован. Бозере знал, что Снук был единственным связующим звеном со «Службой Мишлена» и что Снук болтать не будет.