— Это понятно, но у нас все по-другому. Мы уже вроде как муж и жена. Она для меня все. Весь мир, вся жизнь...

— Это я могу понять. Правда, могу.

— Я чертовски рад, что встретил тебя, Дэнни. Хорошо бы попасть в одно подразделение.

Дэнни кивнул, и они умолкли, думая каждый о своем.

Марвин Уокер лежал на диване и читал журнал, время от времени качая головой и тихо ругаясь себе под нос. Сибил Уокер сидела рядышком в кресле и молча вязала, поглядывая на кухню, где занималась дочь.

— Марвин!

— Черт бы их побрал, это не правительство, а банда коммунистов!

— Марвин!

— Так зажимать налогами рабочего человека...

— Марвин, немедленно брось этот журнал!

— А? Ты что-то сказала, дорогая?

— Я хочу поговорить с тобой.

Марвин снял очки для чтения и внимательно посмотрел на жену.

— Что-то случилось, Сибил?

— Тебе не кажется, что пора нам поговорить по душам с Кэтти?

— Это по твоей части. Вы, женщины, сами разберетесь.

— Да я не об этом...

— А о чем же тогда?

— О ней и Дэнни.

— О Господи, ты опять за свое.

— Да, а ты его вечно защищаешь.

— Ок мне нравится.

— Мне тоже. Он хороший мальчик, но, по-моему, Кэтти еще рановато постоянно встречаться с одним парнем.

— Тихо, женщина. Вечно ты из мухи слона делаешь. Что в этом плохого?

— Ей нужно встречаться и с другими парнями, она же никого, кроме Дэнни, не знает и, по-моему, знать не хочет.

— Если тебя это так волнует, то, как тебе известно, он скоро уезжает в колледж.

— Вот поэтому я и не хочу, чтобы Кэтти чувствовала себя связанной.

— Слушай, пусть они сами решают. Так будет лучше.

— Но, Марвин...

— Дэнни славный парень, и я рад, что он встречается с нашей дочерью. Надеюсь, что там, в колледже, его не уведут из-под носа у Кэтти, Это и будет им испытанием разлукой. А все остальное пусть решают сами.