— Аркадий Васильевич, хрен редьки не слаще! Не сменять надо одно правительство другим, а следует совсем убрать царское правительство и созвать Всероссийское учредительное собрание на основе всеобщего, прямого, тайного и равного голосования. Только оно будет правомочно избрать новое Российское правительство, так как наша царская монархия прогнила да самого корня. Вам бы, Аркадий Васильевич, выступить перед рабочими и рассказать им обо всем, что вы видели и пережили на фронте. Вы все-таки офицер, больше знаете, чем рядовой солдат. А уж коль вы, офицер, такое расскажете о войне рабочим, то рядовые солдаты добавят еще, о чем вы сами, быть может, и не знаете.

Но Петров опасался выступать на открытом митинге, понимая, что это тотчас станет известно полиции, дойдет до начальства, и его больше не станут отпускать с фронта или вообще упекут, куда Макар телят не гонял.

В конце концов решили, что на квартире Семеновых соберутся несколько рабочих и инженер расскажет им о своих фронтовых впечатлениях.

— Только выводов никаких не делайте, Аркадий Васильевич! Мы сами поймем, что к чему, — предупредил инженера Прахов.

Петров тщательно подобрал факты, все основательно продумал и не без волнения выступил со своей первой в жизни политической речью. Весь вечер рабочие слушали инженера и задавали ему различные вопросы.

Некоторых из слушателей Петров знал лично, а многих видел впервые. Но и Прахов и Семенов заверили его, что об их беседе никто не узнает.

Расходясь поздно вечером с квартиры Семенова, рабочие горячо жали Петрову руку и благодарили за интересное сообщение.

Так повелось и в последующие приезды инженера. И чем больше уходил в эту работу Петров, тем более приближался в своих взглядах к таким, как Прахов и другие заводские большевики.