После освобождения нашими войсками Риги поток вражеских войск и техники покатился на запад, к Кулдыге, затем к портам Лиепая и Вентелилс. В районе Лиепаи шли бои. Отрезанная группировка врага пыталась выйти из «котла», прорваться в Восточную Пруссию. Но это гитлеровцам не удавалось.

В эти дни движение по дорогам особенно усилилось; мы дежурили у шоссе круглые сутки. Приходилось по два раза в день передавать в штаб фронта радиограммы о движении противника.

Вечером на ночное дежурство отправились Костя Озолс и я.

Разостлав на земле плащ-палатку, мы уселись среди молодых елочек. Отсюда до дороги раскинулась широкая поляна с вихлявшим по ней ручейком. Русло ручейка можно было определить по росшим на его берегах кустам ивы. По ту сторону шоссе леса не было, и силуэты движущихся машин отчетливо виднелись в сумерках.

Часа через три, как мы начали наблюдение, поток машин на шоссе стал почти сплошным. Чтобы удобнее наблюдать, мы решили перебраться ближе к шоссе, спрятавшись там в ивовых кустах.

Только мы успели переползти и выбрать место для наблюдения, как на шоссе загрохотали колеса орудий. Озолс отмечал палочками на бумаге количество проходящих пушек.

Но вот потянулся обоз. Солдаты уныло пели песню, один из них подыгрывал на губной гармошке мелодию.

— Вот нам и концерт, Виктор, даже бесплатный, — прошептал Озолс.

Вдруг с передней повозки раздалась команда.