— Будьте же людьми! Уведите мать! Она больна и не выдержит этого! — кричал Абик.

— Ничего пусть смотрит! Может быть, она нам скажет, кого ты прятал в своем подвале.

Бабушка на коленях просила их остановиться, однако ни мольбы, ни слезы, ни уговоры — ничто не помогло.

Во дворе Абика положили на груду камней, а точнее гравия, который был привезен им для стройки.

— Считаю до трех — сказал один из военных, — если не назовешь имена тех, кого прятал, тебя расстреляют.

— Я уже тысячу раз вам говорил, в подвале прятались мы с матерью. Больше мне нечего сказать.

Военный досчитал до трех и приказал стрелять.

Абик говорит, что закрыл глаза и приготовился к смерти. Но как, ни странно, он остался жив. Стреляли не в него, а вокруг него. Осколки от камней больно вонзались в тело. Не выдержав издевательств, он закричал:

— Да стреляйте же! Убивайте! Не мучайте меня и мать!

Прекратив стрелять, люди в форме посовещались и решили увезти смельчака с собой. Они надели ему на голову мешок, посадили на БТР и увезли в неизвестном направлении.

— Когда я ехал с мешком на голове, — рассказывает Абик — я думал, что уже никогда не вернусь домой. Я не имел представления, куда меня везут, зачем, но ничего хорошего ждать не приходилось.

Когда с головы сняли мешок, он понял, что находиться в каком-то холодном помещении без окон и мебели. Позже Абик узнал, что находиться в одном из разрушенных корпусов консервного завода. Успокаивало лишь то, что завод находился всего в нескольких километрах от дома. Просидев несколько часов в темноте, он уснул. Проснулся он, когда за ним пришли и забрали на допрос. Старший по званию задавал одни и те же вопросы. Не услышав ничего интересного, он отдал его в распоряжение остальных солдат.