— Пора выяснить, кто победитель.

Он встал и нащупал правой рукой кобуру с пистолетом. Достав свой «Вальтер», он передернул затвор и произнес:

— К барьеру, сэр Томас Пирс. Англия хочет видеть своих героев!

Том прищурился, видимо рассуждая, всерьез ли говорит немец. Наконец, он тоже достал оружие и поднял его вверх:

— Хорошо. Делаем по двадцать шагов.

— Кто стреляет первым?

— Ты, — уверенно ответил Том.

— Нет ты! — так же уверенно заявил Ханс.

— Не кажется ли вам странным, сэр Ханс Майер, — грозно произнес Том, что вы одновременно хотите и стрелять и не стрелять. И застрелить и быть застреленным.

— Вы тоже, сэр Томас Пирс, — заметил ему Ханс.

— Может нам тогда лучше обоим застрелиться?

— Нет. Нельзя. Это ничья.

Мы оба проиграем. А кто-то ведь должен выиграть!

— А может ли кто-то выиграть вообще? — вопрос Тома повис в воздухе.

— У вас нет бинокля, сэр Томас? — неожиданно спросил Ханс, убирая пистолет.

— За чем вам? — удивился тот.

— Видите ли… — Ханс обошел его, глядя куда-то вдаль. — Я, похоже, заметил что-то вроде танка или бронемашины вон там, — он указал рукой вперед.

— Мой бинокль был в танке, — вспомнил Том.

— Мой тоже, а жаль, — Ханс погрустнел. — Не вижу опознавательных знаков.

Том посмотрел в указанную точку и увидел вдали клубы пыли и песка, скрывающие внутри что-то неопределенное.

— Знаешь, Ханс, — он вдруг снова заговорил мягче. — Я, кажется, понял, когда кончился век рыцарей, в которых мы так неудачно играли.

— Когда же? — заинтересовался Ханс.

— Когда придумали опознавательные знаки. С тех пор мы все у них в плену, — ответил Том.

— Не знаю, как мы все, а вот я, пожалуй скоро окажусь в плену… — с грустью сказал Ханс. — Похоже, это ваши.