— Как я сказал, это очень полезно мне, — сказал Игер. — И мы привезли огромную, кучу деталей от челнока ящеров, так что мы сможем изучить их лучше.

— Меня это беспокоило, — сказал Годдард. — Ящеры точно знали место, где приземлились Весстил со Страхой. Нам повезло, что мы спрятали и разобрали челнок так быстро, потому что они изо всех сил старались уничтожить его. Они вполне могли высадить десант, чтобы убедиться в своем успехе. И только дьявол смог бы их остановить.

— Они больше не суются куда попало, как они делали, когда только приземлились, — сказал Сэм. — Я полагаю, это из-за того, что мы несколько раз давали им отпор, когда они чересчур наглели.

— И это верно — или, боюсь, на данный момент мы проиграли войну. — Годдард поднялся и потянулся. Судя по гримасе, он скорее испытывал при этом страдание, чем удовольствие. — А другой причиной переезда в Хот-Спрингс являются источники. Я сейчас пойду к себе в комнату, чтобы погрузиться в горячую ванну. Я так привык обходиться без комфорта, что почти забыл, как это чудесно.

— Да, сэр, — с энтузиазмом согласился Игер.

Комната на четвертом этаже в главном госпитале армии и флота, которую он делил с Барбарой — а теперь и с Джонатаном, — не имела ванны: помыться можно было только внизу, в конце холла. Сэма это не беспокоило. Годдард был весьма важной персоной, а сам он — просто служащим по призыву, приносившим пользу по мере сил. С другой стороны, водоснабжение и канализация на ферме в Небраске, где он вырос, состояли из колодца и халабуды с двумя дырками позади дома. И никакой проточной холодной, а тем более горячей воды.

В его комнате было гораздо приятнее зимой, чем в летнее время, когда не требовалось погружаться в местные источники, чтобы стать горячим и мокрым. Направляясь по коридору к комнате № 429, он услышал, как шумит Джонатан. Он вздохнул и ускорил шаг. Барбара совсем не знает покоя. И ящеры-военнопленные, которые живут на этом этаже, тоже.