После возвращения из госпиталя в полк майор постоянно ходил «под градусом» и всеми правдами и неправдами пытался увильнуть от полетов. Но, тем не менее, подчиненные летчики и техники любили его за незлобивый нрав и уважаемое в ВВС имя.

И вот наступил момент, когда Гречанину пришлось снова подняться в воздух. С собой он взял Лямина и еще одного толкового летчика. Правда, вскоре после взлета двигатель на самолете второго ведомого задымил, и ему срочно пришлось возвращаться. Поэтому дальше к цели пошли только майор и Лямин.

Андрей в малейших деталях помнил тот полет: весь маршрут усыпан обломками наших и немецких самолетов. Многие машины сбиты совсем недавно и еще горят. Вот и линия фронта. На земле идет бой. Сквозь пелену гари едва видны взрывы, вспышки орудийных выстрелов. На востоке горит Сталинград… Весь город в пламени, будто огнедышащий вулкан. Дым от пожаров поднимается на километр-два и упирается в облака. Волги не видно, нет ее… Хотя она — огромная — в целый километр шириной, но вся затянута плотной черной пеленой…

Навстречу их паре надвигается армада самолетов. Вначале они похожи на комариный рой, но по мере приближения точки начинают обретать знакомые хищные очертания. Лямину никогда не приходилось видеть в небе одновременно такое огромное количество вражеских истребителей и бомбардировщиков. Тяжелогруженые «юнкерсы» и «хейнкели» неторопливо идут плотными строями на разной высоте. Между ними бойко снуют эскортные группы «мессеров»

Воевать вдвоем на равных с такой мошной эскадрой невозможно. Остается только врезаться в плотные порядки противника, и если очень повезет — сбить или таранить несколько бомбардировщиков, прежде чем погибнуть самому. Лямин сжимается в комок. Теперь он сгусток нервной энергии и напряженных мышц. Силуэты вражеских самолетов стремительно увеличиваются в размерах. До сшибки с ними остаются считаные секунды…

Как ни странно, но особого страха Андрей тогда не чувствовал, ноги у него не тряслись. Думать о смерти было некогда. Он просто работал ручкой управления и педалями, контролировал приборы, старался не оторваться от самолета ведущего…