— Только целоваться с ними, — категорически заявила Люся подруге, — я не согласна.

— Может, и не дойдет до этого! — шепнула Паша.

Девушки еще раз прошли мимо. Толкнув подругу локотком, Люся Сенчилина запела робко, едва слышно:

Девушки, война, война Идет аж до Урала, Девушки, весна, весна, А молодость пропала.

Мимо подруг прошла с коромыслом и ведрами в рзаном платье соседка Сенчилиных. Внимательно поглядела она на девушек, особенно на Люсю — бант на голове, накрашенные губы. Укоризненно покачала головой, сплюнула в сердцах.

— Эх, девушки, комсомолочки! — проворчала она. — Тьфу ты, прости господи.

Она прошла мимо. Люся показала ей вслед язык, а потом остановилась. Плечи у нее затряслись, нос покраснел.

— Не пойду я!..

— Возьми себя в руки. Видишь, вон они сидят, смотрят!.. — Паша потащила Люсю дальше, громко, дерзко запела:

Ох, война, война, война, Ты моя разлука. Ох, весна, весна, весна, Еще больше скука.

Парни на крыльце подняли головы, стали подталкивать друг друга, во все глаза глядели на девушек, а Вацлав вскочил и бросился в дом. Через мгновение из распахнутого окна поплыли звуки мазурки. Ян Маленький, самый высокий из поляков, худощавый, юношески угловатый, встал, одернул куцый мундир и хотел было подойти к паненкам, как вдруг в переулок, подскакивая на ухабах, влетел открытый спортивный голубой «мерседес» с каким-то пьяным летчиком за рулем. Обдав девушек грязными брызгами, машина остановилась. Красивый брюнет с Рыцарским крестом в разрезе воротника небесно-голубого мундира и серебряными погонами капитана поманил к себе пальцем Люсю и Пашу.