Ян несмело присел, сняв пилотку, на деревянный диван. Люся зажгла лучину. Стучали ходики на стене.

— Я вижу, у вас бензина нет для лампы, — сказал Ян, — так я для вас на аэродроме стащу…

Яну больше всего на свете в тот вечер хотелось поцеловать Люсю. Впервые позволила она ему обнять себя. Она о чем-то спрашивала его.

— Так этот майор улетел, — говорила Люся. — Может, знаете — усатый такой. А я, как на грех, забыла номер летной части, той, штабу которой уборщица требуется. Да вы совсем не слушаете!..

— Дужо… много есть новых, — равнодушно ответил Ян, держа в руке руку Люси. — Да я ими не очень интересовался.

— Как же мне быть? Забыла, совсем забыла я этот проклятый номер! — с расстроенным видом повторяла Люся.

— Может быть, тридцать один дробь двенадцать-Висбаден? — спросил Ян Маленький, поглаживая кисть Люсиной руки. — Это штаб аэродрома: тридцать один — номер части, двенадцать — номер военно-воздушного округа. Комендант и он же командир штабной роты — капитан Арвайлер.

— Нет, нет! Совсем не тот номер! — почти радостно воскликнула Люся. Ее обостренный волнением слух уловил скрип карандаша за занавеской.

— Еще зимой, — продолжал поляк, — из Брянска сюда прибыл новый штаб — штаб авиабазы или, вернее, штаб частей аэродромного обслуживания сещинской зоны. Это теперь самый главный штаб здесь. Начальник-полковник Дюдэ, заместитель — подполковник Грюневальд.

— А номер? — затаив дыхание спросила Люся.

— Номер двадцать один дробь одиннадцать-Брянск.

— Опять не тот! — еще радостнее воскликнула Люся.

Поляк называл номера воздушных эскадр, зенитных дивизий и корпусов, а Люся твердила:

— Нет, нет! Совсем не тот номер! — И отодвигалась от Яна. — Ну, не надо, Ян. Какие вы все, мужчины!.. Я прошу помочь, а вы…

— Номера других частей я не знаю, — сказал наконец Ян Маленький. — А знаете, панна Люся, лучше вам не узнавать номера частей. Это очень опасно.