— Пойдём, посмотрим, чего он ныряет, — предложил я Серёге.

— Да, посмотришь, отберёт гранату и сумку…

Я понял, что лучше смотреть издали, затаился за елью. Тем временем Митя выбрался на берег, взял льняные верёвки и вновь полез в озеро.

— Чего это Митя верёвки затаскивает? — удивлённо спросил братишка.

— Помнишь сказку про Балду? Подожди, сейчас из воды черти начнут выскакивать, зелёные, страшные!

— Не надо смотреть, побежали… — Серёга по-настоящему был испуган.

Хоронясь под берегом озера, мы подошли к нашему саду, добежали до бани, где спрятали всё принесённое.

Мать очень удивилась, увидев пустую корзину.

— Нету ягод, — сказал я со вздохом. — Мальчишки из другой деревни всё забрали, до последней ягодинки.

— Голодные? — спросила мать, глядя на нас с явным сожалением.

— Голодные, — согласился Серёга.

— Тогда живо за стол. Я холодник приготовила, с квасом, со снетками.

Мы с Серёгой мигом оказались за столом, вооружились деревянными ложками. А мать подошла к окну и ахнула:

— Батюшки светы, пушка!

Через минуту мы с Серёгой уже были на улице. По дороге не спеша шагал Митя, вёл в поводу коней, которые весело тащили противотанковое орудие и зарядный ящик.

Возле своего дома Митя остановил коней, выпряг их и, стреножив, пустил в поле. Потом принёс ветоши, льняные очёсы и банку солидола.

К пушке валом валил народ, всем хотелось своими глазами увидеть чудо. Орудие было небольшим, с косым щитом и колёсами, как у легковой машины, ствол не толще тележной оглобли. И все его механизмы — в торфяной жиже, в липкой глине.

Митя радостно рассказывал:

— Искал пулемёт, обошёл весь лес — нету. Подхожу к озерку, а на воде радуга, будто от керосина. Нырнул, а там — целое орудие. Наши артиллеристы, видно, бросили, когда отступали. Чтоб фашисту не досталось. А замок вынут, брошен в другое место, еле нашёл…