В землянке мерцает огонек керосиновой коптилки, под ним склонилась Ивайла - пишет воззвание к своим соученицам по гимназии, и тень от ее руки плывет по дощатой стене, странная и причудливая…

– Только не воображай, что ты уже вкусил плод от древа жизни! Разве ты не понимаешь, что твою молодость превратили в мишень, продырявленную пулями задолго до того, как ты оказался у нас?

– Мы по-разному смотрим на жизнь, господин начальник! И нам нет смысла продолжать разговор. Расстреляйте меня, и точка!

Полицейский прошелся по кабинету, помолчал и вдруг сел против Антона.

– Послушай, а если я дам тебе возможность бежать?

– Не все ли равно - убьете при попытке к бегству или в этой комнате, - стиснул зубы Антон. - Но мои товарищи отомстят. Отомстит!

– Да!… Такие люди, как ты, или живут будущим, или умирают без прошлого.

– Да здравствует Красная Армия! - одним духом выпалил Антон, как будто в него уже целились из автомата.

Начальник захохотал, гортанно и громко.

– Хорошо, хорошо! Я знаю, ты насквозь пропитан большевистской пропагандой. Хочешь стать героем, да? Тогда слушай меня внимательно. Отпущу тебя сегодня же. Иди в отряд и расскажи, что ты ни в чем не признался и никаких обещаний полиции не давал! Еще скажи, что я освободил тебя просто так… Ну, потому что мне понравилось твое дерзкое поведение!

Как это понять - или под ногами опять земля, или это новая уловка? Игра с обреченным на смерть? Голос полицейского звучал четко, он старался придать ему искренность и вместе с тем сохранить оттенок угрозы.