Мадемуазель Моле мечтала поскорее принять горячую ванну, чтобы смыть вместе с косметикой грязь от липких поцелуев, обнимавших ее мерзких рук и похотливых взглядов людей в ненавистных ей мундирах. И тут она вспомнила, что в ее будуаре, откуда доносились звуки патефона, находится еще один посетитель. Взглянув на себя в зеркало и поправив прическу, она, улыбаясь, открыла дверь. Капитан инженерных войск вскочил с дивана и окинул ее масленым взглядом.

– Наконец-то, Жанна, я жду вас целую вечность! Капитан внешне не был похож на человека нордической расы. Из памяти молодой женщины вылетело даже его имя. Известно было только, что он строит вторую линию обороны где-то в районе Сен-Жиля. Поэтому, а вовсе не ради его лысой, как колено, головы, обвислых, как у бульдога, и нечисто выбритых щек и кривых коротких ног позволила она ему остаться здесь подольше. Это знакомство может оказаться для нее полезным. Центру небезынтересно знать об этих укреплениях на Атлантическом валу. «Из этого убогого офицерика с вечно потными ладонями удастся кое-что вытянуть», – подумала Жанна.

Ловко выскользнув из его рук, она громко рассмеялась и ласково похлопала его по шершавым щекам.

– У меня к вам небольшое дело, господин капитан. И поэтому я разрешила вам остаться.

– А я думал… – глубоко вздохнул сапер и облизнул пересохшие губы.

– На вашем месте я бы не теряла надежды, – рассмеялась Жанна, – но дело прежде всего. – Она открыла большой гардероб с зеркалом, достала с полки завернутый в бумагу отрез яркого цветного материала. – Привезла из Парижа специально для вас, господин капитан. Нравится?

– Да. Но больше нравитесь мне вы! – Капитан наклонился и жадно поцеловал ее руку.

– Сколько лет вашей жене? – охладила она его пыл.

– За сорок.

– А какой она комплекции?

– Худая, сухопарая, не то что вы, дорогая Жанна.