В студенческие годы ему приходилось туго. Не на много легче жилось и после магистерского экзамена. Шла первая мировая война, но вызванные ею перемены на судьбе Косецкого сколько-нибудь заметно не отразились. Заслужив доверие одного известного варшавского присяжного поверенного, он получил работу в его конторе. За изучением судебных актов и тайн адвокатского ремесла прошло несколько лет, потом, во время наступления на Киев, его призвали в армию. Он проделал всю кампанию, разделив ее превратности со случайными товарищами по оружию. Был легко ранен, произведен в сержанты, даже награжден каким-то орденом и, демобилизовавшись в начале двадцать первого года, вернулся к своим занятиям в конторе. Вскоре этот короткий военный эпизод совсем изгладился из памяти. Его вытеснили другие, более важные вещи.

Ему наконец надоело быть помощником присяжного поверенного, и он открыл скромную, но собственную контору — не менее значительное событие в его жизни, чем в свое время решение уйти из лавки. Примерно тогда же — в тридцать один год — он женился на некоей Алиции Скородинской, показав себя человеком благоразумным и дальновидным. Его невеста, молоденькая девушка, была родом с Украины, где у ее родителей — мелких шляхтичей — было небольшое именьице под Белой Церковью. Отца она лишилась во время войны, а с матерью — жертвой тифозной эпидемии — рассталась навеки на пограничном репатриационном пункте и очутилась в Варшаве совсем одна, без средств к существованию. За некрасивого начинающего адвоката, который к тому же был почти на десять лет старше ее, вышла она не по любви. Но в приданое принесла мужу здоровье, девичью красоту, любознательный, хотя и недалекий ум, уживчивый характер и уменье мириться с обстоятельствами, — последнее свойство охраняет обиженных судьбой неудачников от разочарования в жизни. Она мечтала, правда, о более блестящем будущем, но и на выпавший ей скромный жребий не роптала.