— Нельзя ли поосторожнее? — говорю я.

Парень останавливается, поворачивается ко мне.

— Ты мне будешь делать замечания? — произносит он брезгливо. — Кадет несчастный!

Я ничего не думаю, ничего не решаю. Просто сама моя рука разворачивается и бьет нахала по челюсти. Удар, наверное, очень сильный, потому что парень падает.

Поднимаясь с тротуара, он угрожающе цедит сквозь зубы:

— Я из тебя котлету…

Смотрю на него, примериваюсь. Он — более рослый и, может быть, сильнее меня. Но отступать нельзя.

— А не хочешь бляхи попробовать? — спрашиваю его, снимая с шинели ремень. Ремень с тяжелой медной бляхой на конце — испытанное оружие.

Вокруг нас собираются люди. Улица была почти пустынной. Но так всегда случается: в любопытных недостатка нет.

Единой в мнениях толпа не бывает. Она немедленно раскалывается на два спорящих лагеря. Одни поддерживают одну сторону, другие — другую. И у всех абсолютно веские аргументы. Очевидцы, свидетели!

На этот раз спор разгореться не успевает. К нам подходят двое военных с красными повязками на рукавах — комендантский патруль.

— Товарищ курсант, ваше удостоверение!

Я предъявляю.

— Так-так… Крылов Александр, шестая артиллерийская. Хорошо. Кто у вас политрук? Тепляков, кажется? Доложите ему, что вы допустили драку на улице…

Неудовлетворенная толпа расходится. Парня в распахнутом пальто уже нет, он исчез. Мы с Ингой идем дальше.

Ну, зачем все это произошло? Был такой хороший вечер! И вот теперь я должен докладывать Теплякову…

А может быть, лучше командиру батареи? Тот немного покричит, в крайнем случае выговор объявит, а Тепляков…