Еще одной большой группой были юные девчонки, валившие к ней косяками, чтобы погадать на будущее замужество, или просто попробовать щекочущей нервы экзотики магических процедур. И к тем и к другим Аделина давно привыкла, приноровилась и легко и непринужденно разводила их подчистую, раскручивая порой на гораздо большие суммы, чем те, на которые изначально рассчитывали клиенты. Что ж, лоха кинуть не грешно, а если человек сам желает обмануться, то и обмануть его не составит большого труда. Ну и конечно, заработать на этом. А что? Ведь сказано, что всякий труд должен быть оплачен, так почему же она должна им тут бесплатно изображать посланницу темных сил? Нет, девочки, бескорыстные времена школьных драмкружков давно и безвозвратно прошли, так что извольте раскошеливаться, оплачивая щекочущий нервы спектакль!  Мужчины приходили реже. Даже правильнее будет сказать, мужчины не приходили вообще. Те, кто, по ее мнению, действительно имели право так называться, привыкли решать свои проблемы самостоятельно, не впутывая в них потусторонние силы, без разницы темные, или светлые. А особи мужского пола все же захаживающие изредка в салон, к понятию "мужчина" могли быть отнесены разве что на основании наличия первичных половых признаков. Как правило, это оказывались вот такие вот неуверенные в себе, нервные и дерганые юнцы, воспылавшие первой юношеской страстью к такой же бестолковой однокласснице, или, что еще смешнее, к переживающей вторую молодость перезрелой училке. Они стеснялись бушующих гормонов, краснели и запинались, прося сделать что-нибудь, что угодно, лишь бы объект обожания ответил им, наконец, взаимностью. Причем, если бы наложенные колдуньей "чары" и "заклятия" вдруг и впрямь сработали, эти недоросли сами первые не знали бы что же теперь делать.  Аделина относилась к ним брезгливо.