Маст осторожно оттянул затвор и дослал патрон. Он поставил пистолет на предохранитель.

– Ты поосторожней со своей дурой, – нервно прошептал О'Брайен.

– Ладно, – пообещал Маст и поймал себя на том, что сам держит пистолет довольно боязливо. На позиции было запрещено ходить с оружием на взводе, патроны могли находиться только в магазинах и обоймах, но ни в коем случае не в патроннике. И Маст чувствовал себя виноватым, словно совершил проступок, зарядив пистолет. – Может, просто корова? – высказал он запоздалое п редположение.

– Не, – прошептал О'Брайен. – Их там пять было, всех увезли неделю назад.

– Тогда мне придется пойти разведать, – сказал Маст решительно. Тем не менее он испытывал такую же смутную боязнь, как в день налета, и у него опять задергались мышцы на спине. Но О'Брайену он этого не покажет. – Прикрой меня отсюда. Винтовку зарядил?

– Нет.

– Так заряди. Только поаккуратней, ради бога. Смотри, меня не подстрели.

В густой темноте их лица разделяло всего несколько сантиметров, и, хотя лицо О'Брайена явно выражало опаску, Масту показалось, что светло-зеленые глаза ирландца вдруг глянули на него с какой-то глубоко затаенной хитрецой.

– Слышь, – прошептал О'Брайен. – Дай пистолет, я схожу разведаю, а ты с винтовкой меня прикроешь.

Инстинктивная тревога за пистолет звонком отдалась по всему телу.

– Нет уж, – быстро сказал Маст. – Нет. Зачем тебе? Я сам.

– Я же здоровей тебя. Сильнее.

– Когда с пистолетом, это неважно. Давай прикрой меня. И ради бога, не подстрели. Я, может, не сразу вернусь, если меня не будет слышно, ты не паникуй, не стреляй, понял?

– Ладно, не беспокойся, – прошептал О'Брайен. – Я буду тут, если что случится, я тебя поддержу.

Эти слова согрели Маста; он, хоть и нервничал немного, смело пополз вперед и услышал, как О'Брайен осторожно отвел затвор «спрингфилда» и дослал патрон.