Кто-то очень сильно ругал премьер-министра за уступки, сделанные Палестине и Ливану, винил во всех бедах правительство, говорил о политике «сильной руки», еще кто-то говорил, что если проявить слабость и уступчивость, что в последнее время и демонстрировали израильские политики, то аппетиты оппонентов растут. «Если положить в рот палец, то откусят руку». И все равно было заметно, что войну ждут со дня на день. В том, что она будет, никто не сомневается.

Они закончили опрос, и пока Илья укладывал аппаратуру в багажник машины, Громов сбегал в музыкальный магазин. Он посмотрел на выставленные там компакт-диски, но названия были на иврите, и он не мог прочитать ни одного имени и ни одного названия. Их можно было прослушать, но на это совсем не оставалось времени, а брать Илью в качестве советчика не стоило. Ему нравилась совсем другая музыка. Сергей взял один диск, повертел его в руках, положил на полку, потом взял второй, третий, и тоже вернул на полку. Ему не нравились обложки, внешность исполнителей, ему вообще ничего не нравилось, и он уж подумал, что всю дорогу до Хайфы придется слушать радио, но тут увидел диск Даны Интернешнл. Пожалуй, это была единственная израильская певица, которую он знал, хотя Офра Хаза — тоже вроде считалась таковой, но песни ее были арабскими и жить она с таким репертуаром должна не в Израиле, а где-нибудь в Йемене. Кстати, один из ее дисков так и назывался «Йеменские песни». А Дана Интернешнл победила, в свое время, на конкурсе «Евровидение». Тогда случился большой скандал, показывали множество сюжетов о том, что прежде певица была мужчиной и изменила пол. По телевизору крутили множество ее клипов, самым известным из которых был «Вива». На том диске, что купил Сергей, песни были на иврите.

Всю дорогу до Хайфы у Игоря постоянно звонил телефон, он с кем-то разговаривал, то и дело отвечал «Кен». Громов помнил, что так звали приятеля куклы Барби, но вряд ли речь шла о нем.