— Давайте посмотрим, где тут умывальники и упрём зеркало, — соблазнял нас с Вовой Эдик.

— Отвали рецедивист, давайте просто позырим, что тут интересного, а то мы здесь дальше зрительного зала никогда не ходили, — предложил Степной.

— Может, переоденемся, — предложил я и потряс рюкзаком с формой.

— Да успеем, — крикнули хором Вова с Эдиком и выбежали в дверь.

— Меня подождите, — кинулся я за ними.

Сколько тут интересного, бегают балеринки в своих марлевых «пачках», стоят какие-то плакаты куча народу шарахающегося в различных направлениях.

— Где эти курсаантыыы! — раздался зычный рёв неподалеку от сцены.

— Мы здесь, — заорали мы в ответ и кинулись на голос, вот говорил же, что надо было переодется, сейчас нам влетит, и Эдик к тому же куда-то потерялся.

Оказалось, нас звал вовсе не наш начальник. Трубным рыком нас вызывала какая-то дородная тетенька в спортивном костюме.

Увидев нас она злобно проматерилась, не стесняясь находившихся поблизости разнаряженных в бальные платья девчонок. Мы и ртов не успели раскрыть как нам вснули каждому по девушке и вытолкнули на сцену, где вовсю гремела мелодия вальса.

— Прикинь Вован музыка из кина «Мой ласковый и жирный зверь», — радостно заорал я, выбегая на сцену и таща за руку, семенившую за мной деваху.

И тут мне резко поплохело. Зал был полон народу, гремела музыка, и несколько пар кружилось в вальсе. Абсолютно не задумываясь, я подхватил партнершу и буквально с первых па вписался в танцевальную композицию. Сложного ничего нет обычная расстановка пар «меняющимся треугольником» Делов-то!. На сцене помимо нас еще несколько курсантов ловко крутили своих партнерш и картинно закидывали головы. Стоп какие-то неправильные курсанты! Прически у них не военные, волосенки длинноваты и туфельки обыкновенные чёрные «балетки» и уж больно профессионально они кружатся в ритмах вальса. Чёрт надо же так попасть. Соображал я буквально несколько секунд, а в это время на сцену вылетел Степной с возмущенными криками: