— Уууу пронесло, — вздохнул я, — давайте бегом к КПП.

Через две минуты, прошмыгнув мимо дежурного, и помахав перед носом помдежа по КПП увольнительной запиской, мы выкатились за ворота. Вот он УАЗИК — «таблетка» с надписью по борту «ГДО».

Нас уже ожидал суровый мужичок водитель и ухоженная дамочка.

— Здрасти мальчики вы к нам на помощь:,- приветствовала она нас высоким хорошо поставленным голосом профессионального конферансье.

— Ага, к вам, вот направили, сказали быть в парадке и взять подменку, — почему- то смутился я.

— Нам зам начальника по воспитательной работе обещал курсантов, которые, раньше были связаны с театральными подмостками и сценой я надеюсь, он нас не подвёл?

Ну а то! Замполит обещал! Скорее всего, потом забыл и поставил задачу первому попавшемуся ротному, то есть нашему. А нашему вообще плевать, кто сено косил, а кто на театральных подмостках до училища выкаблучивался..

— Конечно, не подвел, — успокоил я дамочку, — я десять лет танцами занимался, выступал на большой сцене. Прошу заметить я абсолютно не соврал.

— А я на спектакль про щучье веление ходил в третьем классе, — подыграл Эдик.

— А у меня была одна подружка с вот такооой… — попытался, вклинится в разговор Вова, но я его ощутимо пнул в бок и Степной замолчал.

— Какие весёлые мальчики, — восхитилась дама, — рассаживайтесь и поедем.

Мы запихнули свои тщедушные телеса в «таблетку» и с ощущением «причастности к искусству» помчались в ГДО.

Нас отдали в распоряжение какого-то весёлого мужичка, который с апломбом возвестил, что театр начинается с вешалки, а мы должны на время пополнить ряды рабочих сцены. Нас запихнули в какую-то гримерку, предложили переодеться и ждать ценных указаний. Как только наш новый начальник скрылся, мы тут же начали обследовать помещение. Ничего интересного пара вешалок, пара столов и пара зеркал, которые абсолютно не подходили Эдику.