– Больше, во всяком случае, – сказал Мак-Джиннис. – Вам понравится.

– Еще бы. Лишь бы Ронни меня дождался. Вот, небось, весело! Но опасно, правда?

– Что вы! – сказал Мак-Джиннис. – Шутите!

– Придержи язык. Мак, – сказал Богарт. – Пошли. Хотите еще кофе? – Он обратился к гостю, но ответил ему Мак-Джиннис:

– Нет. У нас есть кое-что получше вашего кофе. От кофе остаются противные пятна на крыльях.

– На крыльях? – удивился мальчик. – Откуда же на крыльях берется кофе?

– Говорят тебе, молчи, Мак, – приказал Богарт. – Пошли.

Они снова пересекли аэродром и приблизились к грядкам мигающих сине-зеленых огней. Когда они подошли почти вплотную, гость различил во мгле очертания «хэндли-пейджа». Самолет был похож на спальный вагон, который, вздыбившись, врезался в каркас нижнего этажа недостроенного небоскреба. Гость притих и смотрел на машину, как зачарованный.

– Больше крейсера, ей-богу, – заговорил он, как всегда, торопливо и звонко. – Теперь понимаю. Ну, конечно, он не может летать весь целиком. Вы меня не обманете! Я уже их видал. Обе части летают отдельно: в одной будем сидеть мы с капитаном Богартом, а в другой – Мак еще с кем-нибудь, да?

– Нет, – сказал Мак-Джиннис. Богарт куда-то исчез. – Весь он взлетает целиком. Весело, правда? Как мотылек, а?

– Как мотылек? – удивился мальчик. – А-а, понимаю. Крейсер. Летающий крейсер. Понимаю.

– И вот что, – продолжал Мак-Джиннис. Он протянул руку, и ладони мальчика коснулось что-то холодное – бутылка. – Когда стошнит, глотните как следует.

– А разве меня стошнит?

– Непременно. Всех тошнит. Какой ты без этого летчик. А вот эта штука спасает. Ну, а если не поможет, тогда…

– Что тогда? Ага, понял… Что?

– Только не через борт. Не надо блевать через борт.