«Неужели в его душе нет никакого сострадания к судьбе погибших подчиненных? — удивился Ясудзиро. — Пожалуй, он так же рассмеется, если из полета не вернемся и мы».

Тяжело ступая по ступенькам трапа непослушными ногами, Ясудзиро поднялся на полетную палубу. Матросы деловито сновали у его самолета, установленного на катапульту. Штурман и стрелок уже заняли места в кабинах.

— Пятерка, ускорьте взлет! — приказали с «острова» по громкоговорителю. Сжав зубы, Ясудзиро забрался в пилотскую кабину. «Хорошо бы выпить чашку сакэ», — думал он, облизывая пересохшие губы.

Приготовясь к запуску, Ясудзиро огляделся. Бескрайний океан, поглотивший экипаж Хоюро, безмятежно сиял солнечными бликами. Ничто вокруг не напоминало о сегодняшней катастрофе. Словно не было никогда на свете Хоюро и его экипажа. Три молодых парня ушли из жизни незаметно. «Вот так же будет идти жизнь, когда не станет и меня», — думал Ясудзиро, запуская левый мотор.

Вскоре привычная работа и дефицит времени отвлекли его от мрачных размышлений. Вот все готово. «Взлет!» Оператор катапульты открыл кран. Пар, ворвавшись в цилиндр катапультной тележки, толкнул закрепленный на ней самолет. Увлекаемая энергией сжатого пара и полной тягой моторов, машина устремилась по направляющим. Ясудзиро успел ощутить только резкий толчок, после которого центробежная сила вдавила его в сиденье. Но это продолжалось какие-то три-четыре секунды. Затем перегрузка исчезла, и он почувствовал, что самолет находится в воздухе.

Выждав еще несколько секунд, пока наросла скорость, он потянул штурвал на себя. Послушная машина пошла вверх. Метрах на трехстах Ясудзиро окончательно пришел в себя и успокоился. Теперь он находился в привычной рабочей обстановке, не оставляющей времени для посторонних эмоций. Штурман самолета мичман Судзуки тоже ободрился.