«Энергия, которая помогала чужакам проснуться, быстро выращивала их, — послал мысль Дем. — Она продолжала действовать, хотя и не смогла оживить их. Она запрограммирована для действия на любых насекомых и медленно распространялась вокруг корабля. Может, и роботы помогали. Меняли этот мир так, чтобы он мог служить погибшим. Может, поток энергии подобен болезни. Прыгуны и летуны, которых мы видели, не могут жить долго. Они живут только один сезон, а на следующий рождаются новые.

Яйца, из которых они вылупляются, попадали под действие энергии, и каждое следующее поколение становилось всё больше. Может, они изменялись и в других отношениях, становились ближе к погибшим. Может, эти насекомые даже стали мыслить, хотя образ их мыслей нам никогда не понять.

И вот они росли год от года, становились всё опасней и постепенно загнали наших родичей в убежище. Но теперь поток энергии прекратился, и всё вновь должно измениться».

Джим снова вытер руки, не желая вспоминать, как освобождал рычаг.

«Теперь они снова станут маленькими?»

«Кто знает? — ответил Тиро. — Если изменения закрепились, они всегда будут вылупляться такими. Но так как поток энергии прекратился, возможно, в будущем году потомство станет меньше. А те, что выживут, конечно, останутся большими…»

«Охотники, убийцы, пожиратели, — послышалась мысль Мер. — Те, что всегда будут нападать на наших родичей. С ними невозможно договориться, как невозможно было договориться с хси. Наши родичи должны будут постоянно держаться настороже, хотя энергия больше не порождает чудовищ. Они должны будут сражаться, убивать, использовать силу, чтобы выжить…»

Элли Мэй присела, охватила руками ко'ошку, прижалась щекой к гладкой голове Мер.

«Но у ваших родичей теперь лучшие шансы, — сказала она. — Теперь, когда мы выключили старую машину, больших насекомых станет мало. И мы поможем, правда?»