— А может, почистим? — ну вот он весь такой Димарик. Сейчас я с ним ещё полчаса спорить буду.

— Почистим. Потом. — Проще согласиться, а чистить завтра будем после занятий. — А сейчас сдаём и идем получаем шмотки. Вопросы?

— Понял, не дурак, — обиженно прогундел Маркитанов. — Берём оружие, Есин и Краснов — матбазу, Баринов — плащ-палатки.

— Одну оставьте, сам принесу, — а то и мою, пригретую на солнышке, утащат. — Вещевку получите, за мной одного пришлёшь.

— Без вопросов, командир! — Димарик подхватил свой ПКМ, широко улыбнулся и, не дожидаясь, когда построится вся остальная группа, зашагал в сторону первой казармы. А он всегда так: вечно с пулемётом, вечно улыбающийся. Походка — ноги во все стороны, вкривь — вкось или в раскоряку, как правильно? Не хотел я его брать, но ротный предложил, комбат настоял, да и бойцы наслушались про него ерунду всякую и всё туда же: «товарищ старший лейтенант, товарищ старший лейтенант, возьмите»…

Ладно, по порядку: Димарик — а если официально, то сержант контрактной службы Маркитанов Дмитрий Вениаминович. Югославия, несколько командировок в Чечню, и после каждой — удивительные истории о его похождениях и «подвигах»…

Ну, какой из него командир первого отделения — ни в лесу ориентироваться, ни людьми руководить! Его руководства минут на пять с половиной от силы и хватает.

— Гудин! — сержант Гудин Виктор Вячеславович — командир второго отделения. На нем в группе вся дисциплина в моё отсутствие держится. Небольшого роста, коренастый. Голос — как рявкнет, так и хочется под землю зарыться и не высовываться.

— Слышал, что я Маркитанову сказал? — тот кивнул. — Проследишь…

— Есть! — Гудин не слишком разговорчив, но исполнителен, скажешь, можно не проверять — сделает.

— Олег, бросай это грязное дело! — Гордеев сел на плащ-палатку и тонкой, длинной палочкой начал чертить на песке кривую линию. — Они что почём сами разберутся.