И тут из здания ударили автоматные очереди противника. Лейтенант Еж и вернувшийся из медсанбата Сучок были совсем близко от дома. Проемы окон и входы в здание оказались замурованными. «В лоб их не возьмешь, — подумал Еж. — Попробуем с севера». И передал по цепи команду обходить здание справа. Саперов послал проделать проходы в минных полях. Вскоре поступило донесение: «Мины обезврежены. Путь свободен». Группа атакующих вместе с Ежом прорвалась к зданию справа. В подвал дома полетели и стали глухо рваться гранаты. Подоспели отставшие солдаты. Ход в подвал уже был проломан взрывами. Теперь, чтобы проникнуть во вторую половину подвала, надо пройти через первую; а она простреливается немцами. Еж торопился принять решение. И тут снова неожиданность: фашисты додумались замуровать все входы в здание, оставив лишь лазы к огневым точкам через подвал. Как туда пробраться?
Дом разделен пополам глухой стеной, а за стеной — противник. «Вот тебе и изучили объект, — думал Еж. — Заградительных сюрпризов хоть отбавляй».
Противник мгновенно почувствовал, что атака приостановилась, и усилил огонь. Еж послал связного к минометчикам — приказал бить по второй половине здания за глухой стеной. Крыши там нет, и фашисты вряд ли усидят под огнем. Должны уйти.
Тем временем солдаты из группы закрепления по приказу Ежа кирками и взрывчаткой проделывали проломы в замурованных местах. Здание обложили со всех сторон, ходы сообщения гитлеровцев подорвали. А чтобы немцы не подбросили подкреплений, вперед выдвинули танк.