Кипоренко сообщил, что противостоящие части 3-й румынской армии в основе своей боеспособны и имеют хорошо подготовленную оборону. Но вот на участке совхоз-ферма № 3, хутор Большой, станица Верхне-Фомихинская, обороняются неустойчивые подразделения… Все присутствующие заинтересовались этими сведениями.

— Вот, чтобы не задерживать ваше внимание, — положил Кипоренко на стол листы допроса захваченных в последнюю неделю пленных. — Число перебежчиков непрерывно растет. Только в дивизии Маринина за прошлую неделю их было свыше полусотни человек.

— Чем вы это объясняете?

— Немцы, недовольные действиями румынских частей, посадили их на голодный паек. Двести граммов кукурузного хлеба и половник похлебки.

— Да, — сказал генерал Ватутин, — от такого харча, особенно в холодную пору, сбежишь не то что к противнику, а к черту в зубы.

— На нейтральной полосе, — продолжал Кипоренко, — осталась нескошенная пшеница и картофель. И как только стемнеет, румынские солдаты, как голодные крысы, бегут и ползут, чтобы добыть пропитание. Немцы и тут остались верными себе. Они расставили свои пулеметные расчеты и освещают ракетами позиции. Если обнаруживают румынских перебежчиков, расстреливают их из пулеметов.

— Ну и друзья-союзники, — переглянулись участники совещания.

— Получается так, — сказал Ватутин. — Избавь бог от таких друзей!

Кипоренко доложил свое решение. Главный удар предполагалось нанести правым флангом. Рассказал о плане взаимодействия в предстоящей операции.

— Какое количество танков вы имеете? — спросил Жуков.