Чего беспокоиться?… Никаких признаков грозящей опасности. Изредка, распугивая тьму, озаряет небо холодная зарница далекой ракеты да пробарабанит частую дробь пулемет или автомат дежурного наблюдателя. И опять все затихает, и степь будто вымирает… Ни души в ней, ни звука.

А на войне тишина всегда подозрительна. Вот уже восток замутился суровым туманным рассветом. Когда глядишь на него, на душе становится особенно тоскливо, острее ощущаешь холод, пробирающийся под одежду. Все полны одним желанием, у всех одна мысль — скорее увидеть, когда же свершится то, чего ждали столько месяцев, недель, дней…

Телефонисты судорожно, до боли в руках сжимают трубки, радисты оглохли от напряжения. Они-то будут первыми, кто услышит эту команду: «Вперед!!!» Ждут, извелись все в ожидании заветного сигнала.

Зазуммерили телефоны, будто в воздух выпустили тысячи мышей и они заполнили его своим писком. Это летят сотни, тысячи радиосигналов, команд. И началось…

Из глубины, из-за спины десятков тысяч бойцов, командиров, которые сейчас пристально всматривались в степь, в высоты и овраги — туда, где проходили позиции врага, пронеслось над головой шипение, свист, угрожающий гул, расколовший тишину. Земля вздрогнула, как человек от озноба, и забилась в лихорадочной дрожи, в хаотичном переплясе, огненных судорогах. В воздух ворвалась воющая, стонущая, свистящая симфония взрывов. В небе провисли полудуги огненных мостов «катюш».

Землю окутал густой дым, ввысь вздымаются черные, веерообразные взрывы. Огненные языки пламени мечутся по вражеским траншеям и окопам, будто вылизывают искалеченную землю. Она дрожит, как в лихорадке, и качается, как палуба корабля в шторм, грозясь выскользнуть из-под ног. Порой кажется, что земля не выдержит этих ударов и расколется на огромные глыбы, хороня под собой все живое и мертвое.