— Товарищ офицер!
Андрей не сразу понял, что обращаются к нему, и продолжал идти.
— Товарищ лейтенант! Я вам говорю!
Земляченко остановился. Повернувшись, он увидел плечистого капитана лет под сорок. Солнце ярко отражалось на кустарно изготовленных, крупных звездочках на его погонах. Фуражка с высоко поднятой тульей подчеркивала низкий рост офицера. Из-под нахмуренных бровей на Андрея смотрели суровые серые глаза.
— Почему нарушаете уставной порядок? Не приветствуете!
— Не заметил, — ответил лейтенант первое, что обычно говорится в таких случаях, и покраснел.
Эти слова рассердили старшего по званию офицера.
— Чем же вы так увлеклись, лейтенант? А? Безобразие! — Из-за того, что капитан был ниже Андрея, казалось, что он смотрит исподлобья. — Куда так спешите? А?
«И чего это он после каждого слова акает? Прицепился, будто на строевом смотре!» — тоскливо подумал Земляченко, вытянувшись в струнку.
— Из госпиталя к месту назначения, товарищ капитан.
— Советую быть повнимательней. Ясно?
— Так точно, товарищ капитан! Есть быть внимательней! Разрешите идти? — подняв правую руку к фуражке, отчеканил Андрей.
— Идите! — смягчился капитан.
Этот неприятный эпизод, как ни странно, словно подбодрил Земляченко. Отойдя в сторонку, он поставил чемодан на землю, положил на него шинель и потер занемевшую руку…