В это время Саша Куценко стоял на своем боевом посту, вглядывался в темноту, и вспоминал разными нехорошими словами Эмму Эмильевну, которая выкинула его из института. Родители, правда, сказали, что после армии он может восстановиться, по крайней мере, на заочное обучение точно. Оставался пустяк — дожить до этого заочного обучения. О том, что он сейчас в Чечне, Саша родителям так и не написал — не хватило ни времени, ни духу.

Через полчаса сидеть в одиночестве ему надоело, и он отправился в гости к ближайшему посту, где, по раздававшемуся легкому шуму, уже были гости.

— Привет, братва! — весело сказал он, появившись на участке Рыжего. Кроме него, там сидело еще двое — Папуас и Хавчик.

— Курить есть? — вместо приветствия нетерпеливо спросил Хавчик. — Уши вянут.

— Так я ж не курю!

Действительно, Саша не курил, как ни странно. В роте он был один некурящий, и поначалу это вызывало раздражение у сослуживцев, но со временем перемололось, и даже наоборот, некурящий Куцый стал достопримечательностью.

— А черт, это ты, Куцый? Сразу не признал, — Хавчик расстроился, судя по голосу.

— Я не курю, но у меня есть!

— Откуда?!

— Ну так давали же «Астру», я и взял. Не прощелкал.

— Ну так давай … быстрее!

Саша снисходительно протянул им ровно три сигареты:

— Курите, бедолаги!

Троица зашевелилась, полезли искать спички. Нашли не сразу. Начали прикуривать, и Рыжий спросил:

— А вы знаете, почему кто третий прикуривает, тот умрет?

— Поч…. А-а-а-а!!!

Сашино лицо обрызгало горячей жидкостью, он непроизвольно присел и вжался в землю. Душераздирающе кричал Хавчик. Все растерялись, и словно застыли. Послышались недоуменные, испуганные голоса.