Зеркало безжалостно показало Андрею Ивановичу, каким его увидит сегодня коллектив «Деметры». М-да, зрелище еще то… Похмельный синдром активно мешал бриться, но после бритья Андрею Ивановичу полегчало. Завтракать он не стал из-за чувства легкой тошноты, а, кинув в рот две таблетки «Рондо», остальную пачку засунул в карман, и помчался к лифту. Сегодняшним утром в график он не укладывался: сказывалась вялость и неуверенность в движениях. «Зимой бы», — тоскливо думалось по дороге, — «зимой бы было легче. Мороз, он немного трезвит. А летом… От одной жары еще больше развезет».

Добравшись до своего гаража на две машины, Андрей Иванович выкатил служебную «девяносто девятую», перекрестился, и медленно тронулся к воротам гаражного кооператива.

Но он все-таки опоздал. Еще поворачивая к офису, ему сразу стало понятно, что площадка перед главным входом забита под завязку. «Мерседес» шефа стоял на своем месте, рядом находился «Мерседес» второго директора, а «Дэу» коммерческого занимала положенную ей третью позицию. Андрей Иванович, переживший пару неприятных минут, проезжая мимо постовых, чертыхнулся и поставил «девятку» через дорогу; в результате чего в контору пришлось перебегать, лавируя в потоке транспорта.

На крыльце уже никого не было, но это и неплохо: меньше народа почувствует нехилый перегар. Андрей Иванович стрелой пролетел по коридору и нырнул в свой кабинетик. Посещал он его не часто — все больше по командировкам, но отдельным местом дорожил; ценил, как особое расположение шефа.

Зазвонил телефон. Секретарша поздоровалась елейным голосом и с заметным удовольствием сообщила:

— Павел Александрович второй раз требуют Вас на совещание. Уже все собрались.

Андрей Иванович мысленно завыл, и рванул на голове волосы; в действительности же аккуратно положил трубку дрожащей рукой на место, встал, поправил галстук, сунул за щеку очередную порцию «Рондо», и побежал на полусогнутых в кабинет генерального директора.