— Знаешь, Виктор, если у меня будут дети, я расскажу им не об операциях во время артналетов, а вот об этой сцене. Будут внуки — расскажу и им.

Доктор хлопнул Виктора по плечу. В этот же миг Рекс бросился на доктора. Прыжка, правда, не получилось. Он грохнулся на брюхо и так злобно залаял, что друзья мгновенно поджали ноги. Побледневший доктор вжался в стену, а Виктор, его лучший друг Виктор Громов, вместо того чтобы пристрелить пса или на худой конец выдрать, стал трепать его по загривку и приговаривать:

— Хорошо, Рекс! Хорошо! Молодец! — Потом пояснил: — Ты его извини. Он тебя неправильно понял: думал, что на меня нападают. В таких случаях хорошая собака бросается без предупреждения. А ведь Рекс — хорошая собака?

— Хорошая, хорошая, — пробормотал доктор. — Очень хорошая… Будь здоров, Витя, — уже с порога сказал он. — Заходи. Можно и с собачкой. Только предупреди: я попрошу саперов заминировать подходы к своему блиндажу.

V

— Хорошо, Рекс, хорошо! — приговаривал довольный Виктор.

Если поначалу он сомневался в перерождении Рекса, то нападение на доктора «прозвучало» так убедительно, что Виктор окончательно уверовал в свою победу.

Вдруг Рекс глухо зарычал и обнажил клык — на пороге стоял тот самый человек, которого он не смог достать.

— Ты что? — обернулся Виктор. — Что-нибудь случилось?

— Да нет, — вяло сказал доктор. — Выпить захотелось, а одному скучно.

— Ну, для такого дела компанию найти нетрудно, — улыбнулся Виктор, доставая фляжку.

— У меня своя, — остановил его Николай, ставя на стол стеклянную посудину. — Медицинский. Чистый, неразбавленный.

Плеснули в кружки, залпом выпили, закусили.

— А что, «второй фронт» довольно свежий, — сказал Виктор, выковыривая из банки с английскими буквами розоватые ломти тушенки.

— Сойдет, — как-то безразлично бросил доктор.