Евреи воевали с Филистимлянами, это вроде наших чехов. У евреев командиром был Саул, а Давид служил в роте материального обеспечения — пас овец. У него было два брата, те в пехоте служили, на передке. Давид к ним часто ходил, то поесть притащит, то курево. А там, где братья на блоке стояли, был у филистимлян боевик Голиаф, типа Басаева. Он ездил перед блоком на «бешке» и позорил евреев, а снять его никто не мог. Давид увидел это и пошел к Саулу, так, мол, и так я Голиафа завалю. Саул не поверил, но решил, ладно уж пусть попробует. Давид был не слишком здоровым, поэтому «броник» и каску как одел, так и упал. Решил без них идти. Взял одну «муху» и вылез из окопа. Тут Голиаф на «бешке» едет и материт евреев. Увидал Давида с «мухой» и говорит: "Я что, собака, что ты вышел на меня с палкой". «Муху» то он не увидел. А Давид тем временем прицелился и в лоб ему из «мухи» как всадил. Голиаф как сидел на башне, так и улетел.

Командир, с интересом прослушав историю, заметил: "А что он в лоб то стрелял, надо было бы в «бешку». Вот подобными историями я и развлекал командира.

Добрались до штабного блокпоста мы без происшествий. Дорога, конечно, ужасная, в одном месте там лежит остов сгоревшего танка и возле него большая яма, в которой машина постоянно прыгала и кого-нибудь обязательно роняла. В этот раз никого не уронила и мы благополучно приехали. Конечная наша остановка имела вид пустыря на окраине фермы Саида. Слева был одинокий холм, где стояла КШМ связи. Остальную площадь пустыря занимали зарытые в землю в хаотичном порядке танки, БМП и прочая техника. Также хаотично были расставлены палатки и вырыты блиндажи. Командир батальона жил в КУНГе, что стоял в середине этого табора. На окраине лагеря

находилась площадка, куда должен был сесть вертолет с генералом. К нашему приезду напротив КУНГа, метрах в десяти стояла БМП Уральского полка, ее 30 миллиметровая пушка смотрела прямо на стенку офиса комбата.