А тут море, говорю, точно с неба свалилось. Безо всяких Хлопот. Вдобавок ещё чудесная безоблачная погода!

Мы разом выскочили из машины и захлопнули дверцы. Будь что будет, мы – на пляж!

– Возьмём с собой Тютюру?- спросила жена.

– Хочет, пусть идёт с нами,- ответил я.

Но Тютюра идти на пляж не пожелал. Вероятно, он спал, забившись куда-то в угол. Впрочем, после ночной караульной службы отдых, разумеется, нужен. «Пусть себе поспит,- подумал я,- пусть ему приснятся самые замечательные сны, какие только могут присниться ёжику».

Мы привели в порядок наш небольшой лагерь, убрали недоеденный завтрак, который прервался, как вы, конечно, помните, из-за неожиданного появления жирафы, искавшей соли, с тем чтобы посолить мужу редиску (объясните мне, пожалуйста, что за странная блажь есть с утра пораньше редиску?), и, закинув за спину сумки с пляжными принадлежностями, нахлобучив большие соломенные шляпы, мы двинулись на пляж.

Пляж был совсем не тот, что рано утром. Тогда было тихо и пусто, а теперь издалека, перебивая шум прибоя, разносился галдёж, какого мы ещё в жизни не слыхивали. Такие звуки раздавались, быть может, в древности на Ноевом ковчеге (корабле, о котором рассказывает библейское предание), когда во время знаменитого потопа, случившегося вскоре после сотворения мира, там были собраны все существующие на свете животные.

По дороге на пляж мы обратили теперь внимание на множество мелочей, которые нас прежде не интересовали.

Заметили палатку возле тропинки, а рядом с ней на верёвке шкуру зебры.

Нам стало как-то не по себе, оба мы, и жена и я, очень любим зебр, а тут пожалуйста – такое зрелище.

– Наверно, кто-то её убил,- сказала жена.

– Да, похоже…

– Бедное животное,- вздохнула жена.