– Выходит, нам такой путёвки не предоставят, а?

– Ясное дело. Разве что поискать обходных путей.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну вот ты, скажем, стал бы ходить на четвереньках,- пояснила жена и тут же расхохоталась, представив себе, как я иду в своё учреждение и разговариваю, стоя на четвереньках, с директором.

– Само по себе хождение на четвереньках ещё ничего не даст. Из-за одного только хождения мы четвероногими не делаемся. А ты говоришь: только четвероногий имеет шанс получить путёвку на этот курорт, где мы с тобой очутились и названия которого, кстати, так и не знаем.

– А у Тютюры шансы есть?

– У Тютюры, да. Тютюра получил бы путёвку без хлопот. Он ведь четвероногий.

– Послушай!- воскликнула в волнении жена.- А ты убеждён, что Тютюра – четвероногий?

– А то как же,- ответил я, и тут же в душу закралось сомнение.

– Ты хоть раз считал у него ноги?

– Считал ли у него ноги?- воскликнул я.- Ну знаешь, довольно странный вопрос. С чего б это мне считать у него ноги?

– Не отвлекайся, говори прямо: считал или не считал?

– Не считал.

– И я тоже не считала. Что же теперь будет?

– А что может быть? Ничего не будет.

– А если у него больше четырёх ног или меньше? Если, например, шесть, девять или три?

– Ну и что из этого?

– Но ведь это же ужасно,- трагическим шёпотом произнесла моя жена,- ужасно. Тогда, выходит, Тютюра не четвероногое. А нам в нашем положении необходимо иметь близкого четвероногого. Придётся пересчитать у него ноги. Другого выхода нету.

Не вздумайте, однако, над нами смеяться. Хотел бы я знать, ответит ли без запинки большинство из вас, сколько ног у ежа. Я полагаю, вы не очень-то знаете, как с этим обстоит дело. Ёж с точки зрения ног животное загадочное. Мы рассматриваем его скорей с той стороны, где у него иглы, то есть сверху, а не снизу, где у него ноги. Черепаху, скажем, можно взять на руки, перевернуть брюхом кверху и выяснить, как там у неё с лапами. С ёжиком же из-за его иголок обстоит куда сложнее. Ведь ежа не схватите, правда? Значит, можно иметь какие-то сомнения? Можно.