– Надуй матрасы, а я приготовлю ужин,- сказала жена.

И я принялся надувать матрасы. Как раз то самое дело, которое я ненавижу больше всего. Если стоишь лагерем несколько дней на одном и том же месте, то, разумеется, этот вопрос отпадает. Надул матрас – и ни о чём себе не думай. Но если человек в пути, если он перемещается, как кочующий цыган, то надувание матрасов становится предприятием столь же тяжёлым, сколь и безнадёжным. Вечером накачаешь, а утром изволь спустить из матраса воздух. И так до бесконечности. Представляете себе, сколько воздуха переводится впустую?

Я надул один матрас и принялся за другой. Насосик, которым я когда-то пользовался, давным-давно испортился, и волей-неволей приходилось надувать матрасы ртом. Если есть опыт, получается даже быстрее, чем насосиком. Но я всё дул и дул, а воздуха не прибывало.

– Чай уже готов!- крикнула жена.- Кончай с матрасами.

– Одинфф яфф ужефф надулфф,- зашипел я, не выпуская резинового шланга из зубов,- теперьфф надуваюфф другойфф…

– Ты что-то долго копаешься,- заметила жена.

– Вот именнофф,- прошипел я в ответ. Пока я говорил, воздух выходил через зажатый в зубах шланг, и оттого речь становилась всё шипучей.- Не представляюфф, почемуфф так дол-гофф,- пояснил я, пожав плечами.

Жена прикоснулась к матрасу.

– Ого! Сколько ещё осталось! Дуй быстрее.

«Тоже мне совет,- подумал я, не желая вынимать изо рта шланг.- Как она, интересно, это себе представляет? Как можно дуть быстрее? Даже если дуть быстрее, всё равно в матрас войдёт ровно столько воздуха, сколько пропустит шланг».

Жена проверила снова.

– Совсем не надувается,- сказала она с изумлением.

– Страннофф,- буркнул я.

– Может, ты дуешь мимо.

– Не говори пустякофффф!

– Ещё вчера всё было в порядке. Ты*надул оба матраса, раз-два, без разговоров. Ты что, может, заболел?- обеспокоилась она всерьёз.