Фон Доденбург вытер пот со своего загорелого лба, хмурясь от не слишком приятных воспоминаний.

— Однако с «тигром» все обстоит совершенно по-другому. — Он постучал по плакату, изображавшему новый танк в разрезе, который был прикреплен к меловой доске рядом с ним. — «Тигр» оснащен мощной 88-миллиметровой пушкой. Стандартный боекомплект—92 выстрела для орудия и 5700 патронов для двух пулеметов.

Куно перевел дух и продолжил:

— Вскоре, когда к нам начнут поступать «тигры» прямо с заводов, вы сами увидите, чего стоит эта машина. Знаете ли вы…

— Да, господин штурмбаннфюрер

— Как это типично для Шульце, — рассмеялся фон Доденбург. — Он всегда думает лишь о собственном комфорте. Я вижу, что здесь, в Вестфалии, вы здорово расслабляетесь. У вас тут слишком много пива и слишком много шницелей. Интересно, что вы станете делать, когда нам снова придется воевать с русскими?

— Я знаю, господин штурмбаннфюрер! — бодро ответил Шульце. — Я просто открою рот и дыхну на них. У меня так все пересохло внутри, что мое дыхание будет не просто горячим — оно будет раскаленным, и сожжет всех русских в радиусе ста метров, точно выстрел из огнемета!

Гауптшарфюрер Метцгер злобно покосился на Шульце. Фон Доденбург обвел взглядом бойцов «Вотана», сидевших и полулежавших на теплой траве, и кивнул:

— Ну, хорошо, герои. На сегодня достаточно. Метцгер по прозвищу Мясник торопливо вскочил на ноги. Несмотря на июньскую жару, он выглядел так, словно собирался отправиться на ежегодный парад по случаю дня рождения фюрера. Мундир безукоризненно сидел на нем, а вся грудь гауптшарфюрера была увешана наградами. Он даже привесил на плечо «обезьяний хвост»

— Внимание! — крикнул Мясник так громко, точно бойцы находились в тысяче метрах от него, а не в десяти, и отдал честь фон Доденбургу. — Разрешите разойтись, господин штурмбаннфюрер?

Фон Доденбург небрежно приложил руку к околышу фуражки: