— Разрешаю, Метцгер. Разойдитесь!

* * *

Фон Доденбург и Шульце медленно направились к своим квартирам, которые располагались возле древнего готического собора Падерборна. Унтер-фюреры помоложе двигались вслед за ними на почтительном расстоянии. Они не хотели мешать разговору этих двух людей, которые сражались плечом к плечу начиная еще с 1939 года.

— Итак, господин штурмбаннфюрер, что вы думаете об этом новом танке? — спросил Шульце.

Фон Доденбург пожал плечами:

— Мы должны получить новые танки, Шульце. Это всё.

— Да ладно, господин штурмбаннфюрер. Все прекрасно знают, что мы — не что иное, как пожарная команда фюрера. Когда где-то случается пожар, нас посылают туда, чтобы его тушить.

— Ты, как всегда, прав, Шульце.

Обершарфюрер пропустил ироничное замечание фон Доденбурга мимо ушей и уставился на него, дожидаясь ответа по существу.

— Если бы ты нашел время для того, чтобы читать газеты, Шульце, вместо того, чтобы обжираться в доме гауляйтера Шмеера и заниматься там другими предосудительными вещами, о которых я вообще ничего не желаю знать, то ты был бы в курсе, что в настоящее время нигде не полыхает никакого пожара. И в первую очередь — на Восточном фронте. Там Генерал Грязь перенял эстафету от Генерала Мороза. Сейчас на фронте вообще ничего не двигается. Ни одна вещь.

— Значит, тогда мы должны где-то сделать жарко, — задумчиво протянул Шульце.

Фон Доденбург пристально посмотрел на него:

— Очень может быть. Но почему ты сам так жаждешь этого, Шульце? Я не думал, что ты такой охотник за славой…

— Я — охотник за славой?! — вздохнул Шульце. — Я нахлебался славой достаточно. Вот по сюда.—Он провел ребром ладони себе по горлу. — Знаете, господин штурмбаннфюрер, когда я был в последний раз в отпуске в своем родном Гамбурге, то увидел, что от моего Бармбека

— Наш фюрер все знает об этом. Он справится с чертовыми англичанами, уж поверьте мне, — вклинился в разговор поравнявшийся с ними гауптшарфюрер Метцгер.