Молодые люди постучали медным дверным кольцом.

За стеклом входной двери отодвинулась тяжелая портьера и появился, на ходу завязывая пояс халата, заспанный Гостинщик с услужливой улыбкой. Однако, разглядев гостей, он погрозил им кулаком и скрылся.

- Эй! - сильней задергал кольцо Антон. - Мы хотим переночевать!

- И поужинать! - добавил Снегирь.

Окно прямо над входом с треском растворилось, и наружу высунулась всклокоченная голова Гостинщика:

- Подите прочь! Или я позову стражу! Моя гостиница - не для бродяг!

- Мы - не бродяги, дядя! - с достоинством ответил Снегирь. - Мы музыканты! Разве не видно?

Но прежде, чем он успел закончить фразу, окно захлопнулось с ещё большим шумом, что отворилось, а над путниками продолжало издевательски сверкать цветными огнями вывеска.

- О, гостеприимство! - прорычал в бессильи Антон и пнул ногой дверь.

Подметка сапога сразу же отлетела в сугроб. Пришлось её отыскивать и привязывать шпагатом. Снегирь вдруг расхохотался так громко, что мраморные львы, казалось, недовольно скосили на него безжизненные глаза.

- Ничего смешного! - угрюмо сказал Антон, возившийся с сапогом. - Что будем делать?

- Выступать! - внезапно предложил Снегирь. - Прямо здесь! Какая сцена! Какие кулисы! - он показал на крыльцо и львов.

- Что?! - взвился Антон. - Прямо здесь?! Играть перед этим невежей?!

- Сейчас же! И немедленно! - твердо повторил товарищ.

- Ну, уж нет! Уволь! - обиженно ответил другой. - Да и как играть? Пальцы заледенели...

- Доставай скрипку, - всерьез промолвил Снегирь.

Приятель тяжело вздохнул и принялся сгибать и разгибать одеревеневшие пальцы, согревая их дыханьем. Затем расстегнул плащ и потянулся к скрипичному футляру, висевшему на плече под плащом.

- Не мешкай, - поторопил его товарищ, пританцовывая на морозе. - Ну, чего копошишься?